SALEM’S LOT / САЛЕМСКИЕ ВАМПИРЫ (1979)

   Экранизация одной из первых книг Стивена Кинга, речь в которой шла о вампирах, малейшее упоминание коих в настоящее время должно вызывать у каждого половозрелого гражданина вполне объяснимое желание опорожнить желудок через рот. Впрочем, в 1979 году тема вампиров не была ещё настолько забибикана, да и в кино показывали в основном Дракулу и прочих Носферату, как правило, ограничивавших свою экспансию какой-нибудь представительницей слабого пола, вокруг чего и вращался затем сюжет. Стивен Кинг, а вслед за ним и режиссёр «Salem’s Lot» Тоб Хупер, пошёл другим путём. Тема вампиров у него органично вплетается в почти идиллический пейзаж бытовых разборок и досуга трудящихся граждан среднестатистического захолустного городка одноэтажной Америки. Хотя, справедливости ради, и из «Дракулы» Стокера тут чуть-чуть понадёргано. 

   Писатель Бен Мирс прибыл в город своего детства Салемс Лот, чтобы написать новую книгу и заодно разобраться с тайной дома Марстона, являвшегося, по глубокому убеждению Бена, обителью и средоточием ужаснейшего зла. Внешне в городе всё спокойно и неспешно движется своим чередом: шериф докапывается до приезжих и разбирается с местным бродягой, водитель грузовика докапывается до истины и разбирается со своей женой, кладбищенский смотритель копается на кладбище и лучше других разбирается в вопросах жизни и смерти. В то же самое время в Салемс Лот нагрянул безобидного вида старик с целью открыть в городе антикварную лавку. Для него из Портленда был доставлен странного вида ящик с неизвестным содержимым, после чего в городе началась череда загадочных смертей, а свежеусопшие стали являться по ночам в гости к своим родственникам и друзьям.

   Поначалу никто из здравомыслящих граждан, само собой, не верит в присутствие на родной земле вампирского отродья, но потихоньку убеждается в достоверности сего факта на горьком личном опыте. Шериф, тот и вовсе, предпочёл покинуть охваченный паникой город и убраться куда подальше, пока есть такая возможность. Бен Мирс, в сложившихся обстоятельствах, возглавил сопротивление и повёл соратников, в количестве одного единомышленника, на штурм дома Марстона, где в богомерзких сумерках притаился самый главный вампир. Пронзив кровососущую тварь острым осиновым колышком, Бен сжёг к чертям дом Марстона и весь Салемс Лот в придачу, после чего скрылся в неизвестном направлении и через два года был обнаружен в Гватемале.

   Кроме всего прочего, творение Тоба Хупера впечатляет своим объёмом: фильм разделён на две части, каждая из которых длится по полтора часа с минутами. Не «Однажды в Америке», конечно, но всё же. Само действие развивается неспешно, тягуче. Дикого экшена с повсеместным коловтыканием тут нет и в помине. Хупер, как и сам Кинг, вообще никуда не торопится. Собственно вампирам в картине уделено не так много внимания, как, например, воссозданному на экране в малейших деталях стилю, быту и образу жизни разноклассовых американцев населяющих Салемс Лот. Вампиры – это фон, на котором Стивен Кинг и Тоб Хупер ваяют прозу жизни. Так что фанатам «Блэйда» фильм вряд ли понравится, а вот тем, кому по душе размеренное и вдумчивое повествование он просто рекомендован к просмотру.

The Texas Chain Saw Massacre / Техасская резня бензопилой (1974)

   Нестареющая классика жанра, породившая тьму бестолковых и абсурдных ремейков. Редкий образец киноискусства, коих в наши неспокойные времена в природе уже не сыскать, где режиссёр и компания не пытаются вызвать у вас неконтролируемые рвотные позывы выплёскиванием в кадр декалитров кровищи из отрезанных конечностей и развёрстых брюшных полостей. Страх здесь вызывается не прямым созерцанием крови как таковой, а реальной истерикой и ужасом человека ощущающего полную свою беспомощность перед тем фактом, что ему сейчас будут пробивать голову молотком. Вот это и есть настоящий страх в его первозданной, чистой форме – ощущение беспомощности и полного бессилия что-либо изменить, когда против твоей воли завершает твой жизненный путь бешено вращающаяся цепь жуткой бензопилы.  
   И не подумайте, что в «Техасской резне бензопилой» образца 1974-го года нет крови. Она здесь есть. Но её ровно столько сколько нужно, не больше.

   Не стоит слепо верить создателям фильма заявляющим что, дескать, «Техасская резня бензопилой» основана на реальных событиях. Ничего подобного в Техасе не было. Действительно, «кристальную» историю США обагрил пятнами крови маньяк по имени Эд Гейн. Он пошил себе целый гардероб из человеческой кожи, делал пресловутые маски, украшал дом отрубленными головами и ел из тарелок сделанных из человеческих черепов. Полиция обнаружила у него дома холодильник забитый человеческими органами, и кроме всего прочего Гейн признался что выкапывал из могил тела женщин (в «Техасской резне» все эти факты, так или иначе, нашли своё отражение, а сам Гейн и стал прообразом «Кожаного лица»). Но Гейн никогда не пользовался бензопилой и орудовал он не в Техасе, а намного севернее, в Висконсине. В общем, смело поезжайте в Техас. Но не подбирайте попутчиков на дороге.
   Потому что именно с этого эпизода начались все злоключения для группы молодых людей решивших провести чудесный летний день в деревенской местности. Попутчик оказался далеко не в своём уме и, порезав сначала себя, бросился с ножом на своих благодетелей. Кое-как выдворив этого сумасшедшего за пределы автомобиля, наши герои продолжили путь и достигли-таки пункта назначения – давно заброшенного родительского дома. Там они и увидели в первый и последний раз зловещее «Кожаное лицо».

   Как уже говорилось в самом начале, за фильмом Тоба Хупера вполне ожидаемо последовала целая толпа всевозможных сиквелов и ремейков, совершенно бездарных и глупых, трэшевых, если хотите. Их авторы (среди которых, увы и ах, мелькала и фамилия Хупера) строго следовали принципу: в каждом следующем фильме мы сделаем побольше крови, расчленёнки крупным планом, ну и много обнажёнки тоже не бывает. Неотъемлемые атрибуты трэша, в общем. Оригинальным же фильмом Хупер положил начало множеству таких вот дорожных ужасов, главгерои которых, путешествуя в незнакомой глуши, сталкиваются вдруг с такими обстоятельствами преодолеть которые живьём и без ущерба для организма никак невозможно.